• slide10
  • slide9
  • slide8
  • slide1
  • slide6

Неделя 2-я Великого поста (04.03.2018)

Святитель Григорий Палама
архиепископ Фессалонитский Григорий ПаламаСвятая блаженная Матрона Московская

1943718

Все желающие приглашаются на
БЕСЕДЫ со СВЯЩЕННИКОМ
Каждую субботу в 15-00 в исповедальне нашего храма

Слово Святейшего Патриарха Кирилла
в Неделю 2-ю Великого поста

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
Сегодня второе воскресенье Великого поста. В этот день мы вспоминаем великого святого — архиепископа Фессалоникийского Григория, жившего в Византии в XIV веке. Святитель прославился своей способностью защищать православную веру — защищать интеллектуально от тех, кто, используя некие логические построения и знания, пытался ее исказить, привнести в православную веру нечто, что могло ослабить ее воздействие на сознание и духовную жизнь людей.

IMG 7380 595Святитель Григорий защитил учение Церкви о том, что человек спасается силой Божественной благодати или Божественной энергии. Он показал, что это не тварная энергия, что она не получается путем превращения иных материальных энергий. Это не энергия ума или физической силы, не результат нравственных усилий — это энергия Божественная, исходящая от Самого Господа и Спасителя.

 Среди творений, которые оставил нам святой Григорий, особой любовью русских православных людей всегда пользовались его проповеди — гомилии, которые, может быть, не полностью, но дошли до нашего времени. Одна из этих проповедей как раз касается сегодняшнего дня.

 За Литургией мы читали Евангелие об исцелении расслабленного (Мк. 2:1-12). К дому, где проповедовал Спаситель, четыре человека принесли на носилках парализованного, но из-за множества людей не смогли войти вовнутрь. Тогда они забрались на крышу, разобрали ее (благо на Востоке крыши плоские и делаются из глины) и спустили носилки с несчастным прямо в дом. И Господь, видя веру этих людей, исцелил расслабленного.

 Комментируя эту евангельскую историю, святитель Григорий Палама говорит, что всякий человек, предающийся услаждению, духовно расслаблен. В самом деле, расслабленность мы можем воспринимать не только в материальном аспекте. Мы говорим не только о физическом расслаблении как результате болезни, но и о духовном расслаблении, духовном параличе как неспособности человека концентрироваться на своей внутренней жизни и преодолевать внутренние проблемы. По слову святителя Григория, так происходит, когда человек предается услаждениям.

 Услаждения, услада, сладость — это то, что вкусно, приятно, то, что доставляет удовольствие. И если вся жизнь человека направлена на получение удовольствия, на потребление некоей услады в прямом или переносном смысле слова, то происходит духовное расслабление. Человек перестает думать о своей внутренней жизни, он перестает концентрировать мысль на главном, контролировать свои поступки и дела, он начинает жить по инерции, которая определяется стремлением к наслаждению.

 Действительно, человек, утратив духовное измерение своей жизни, теряет свою свободу и становится игрушкой страстей и инстинктов. Его жизнь уже нельзя назвать в полной мере жизнью разумного человека. Но если внимательнее отнестись ко всему, что нас сейчас окружает, — информации, которую мы получаем, идеалам и ценностям, которые нам навязываются посредством рекламы, фильмов, телевизионных передач, социальных сетей, парализующих сознание нашей молодежи, — мы увидим, что все это направлено на формирование устойчивого навыка стремиться только к одному — к услаждению себя.

 Попробуйте внимательно проанализировать весь объем информации, которую мы получаем. Она нацелена на формирование человека, лишенного всякой внутренней жизни, всякой способности концентрироваться, мобилизовать свои силы. Мы знаем, что физически расслабленный неспособен трудиться, неспособен достигать поставленных целей. Можно ли представить себе расслабленного спортсмена? Он не только не выиграет, но и до финиша не добежит, где-нибудь на дистанции упадет: дыхания не хватит, мышцы расслабленные, воли нет… То же самое происходит и в духовной жизни. Если человек духовно расслаблен, значит, он не в состоянии достичь никаких целей, не только нравственных, но и всех тех, что он ставит перед собой в жизни.

 Размышляя на тему Евангельского чтения о расслабленном, святитель Григорий говорит, что для исцеления нужны помощники, ведь расслабленного принесли четверо, а затем перечисляет этих четырех.

 Первый и самый важный помощник — это осознание греховности и ошибочности своего жизненного пути. Если осознание этого не приходит, то и сконцентрироваться на важных целях внутренней духовной жизни не удастся. Второй помощник — это исповедь, это раскаяние в своих грехах. Ведь мало осознать грехи — нужно от них избавиться. Третий помощник — это твердое обещание действительно избавиться от своих слабостей. А четвертый помощник — это молитва, без которой ничего не получится. Таким образом, святитель, который учил о нетварной Божественной энергии, спасающей человека, говорит, что необходимо предпринять с нашей стороны, чтобы эта энергия помогла нам достичь поставленной цели.

 Но вот еще что мудро замечает святитель Григорий: недостаточно было просто принести больного. Надо было догадаться, как войти вовнутрь. Из-за толпы это было невозможно сделать, но четверо смело забрались на кровлю и разобрали ее. Святитель сравнивает кровлю, о которой повествуется в Евангелии, с высшим уровнем человеческой личности — разумом и мыслями. Ничего не получится, мы останемся вне спасительного места, где можно обрести Божие чудо, если сами — а без нас этого никто не сможет сделать — не очистим свои мысли, не освободимся от предрассудков и стереотипов, от навязанных нам греховных, суетных, гибельных идеалов.

 Посмотрим по-новому на окружающую нас жизнь. Определим свои цели и ценности. Вот тогда мы и осознаем свои грехи, тогда будет настоящей исповедь, тогда обещание более не грешить будет твердым, тогда молитва наша будет сильной.

 Всему этому учит нас святитель Григорий Палама, архиепископ Фессалоникийский, чью память мы сегодня празднуем. В далеком XIV веке святитель своим пронзительным богодухновенным богословием помог византийцам избавиться от многих заблуждений. Дай Бог, чтобы и нам его слова помогли открыть тайну человеческого благополучия и счастья, тождественную тому, что мы называем спасением нашей души. Да поможет нам Господь. Аминь.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл 

 http://www.patriarchia.ru/db/text/4831997.html

 Во вторую родительскую субботу Великого поста.

 Дорогие братья и сестры, мы знаем слова молитвы: «Благословляю  благословящие Тя, Господи, и освящаю на Тя уповающие». Мы сегодня собрались в доме Божием, пришли в храм чтобы получить небесное благословение, чтобы Творец мира наш Господь благословил труды человеческие. Мы совершаем течение Великого поста, совершаем труд духовный, чтобы через подвиг воздержания, через смирение, через добродетели, через частое нахождение в храме, через участие в святых таинствах особым образом вкусить радость Пасхи грядущей. Ибо Великий пост – время воздержания, время трезвения, время, которое дарит нам Господь как десятину, которую мы приносим Творцу, соделывая нас достойными встречи праздника праздников, торжества из торжеств - Светлого Христова Воскресения.  

 Сегодня совершена Божественная литургия святителя Иоанна Златоуста. Если в каждую среду и пятницу Святой Четыредесятницы мы совершаем особую великопостную службу – Литургию Преждеосвященных Даров святителя Григория Двоеслова, епископа града Рима, то сегодня мы молились на полной Литургии, обычной для нашего восприятия. Но день сегодняшний – день поминовения усопших. По уставу Церкви в родительскую субботу второй недели Великого поста поминаются все прежде нас жившие христиане. Мы молим Господа, чтобы Он упокоил всех прежде нас на земле бывшихи служивших Господу, Церкви, Божьему народу, чтобы всех простил, помиловал и даровал со святыми упокоение.

 Очень важно поминать усопших.И вот один из примеров того, как важна и значима молитва, совершаемая христианами о почивших. ВXIX веке Церковью был прославлен святитель Феодосий Черниговский – великий подвижник, праведник. Перед тем как совершить канонизацию, одному киево-печерскому старцу поручили переоблачить святого. Сей благочестивый муж молился, просил у Господа милости и совершил всё, что связано с переоблачением мощей подвижника веры святителя Феодосия, и от усталости прямо у мощей заснул.

 В сонном видении ему предстал подвижник святитель Феодосий Черниговский, поклонился ему и сказал, что благодарит за труды. И неожиданно для старца говорит: «Прошу тебя помолиться о моих родителях – иереи Никите и Марии». А имена родителей святителя Феодосия были неизвестны. Старец поведал впоследствии об этом видении и рассказал, что он удивился тому, что святой просит молиться о своих родителях: «Ведь ты угодник Божий, и на Небесах можешь творить молитву». И услышал в ответ: «Нет больше того, когда Церковь совершает молитву о покойных, о дорогих нашему сердцу людях и о всех прежде живших христианах».     

По прошествии десяти лет нашли синодик, который писал сам архиепископ Феодосий Черниговский, и там были имена его родителей – иерея Никиты и Марии, чем была подтверждена истинность этого духовного события для нашей пользы. Чтобы и ныне живущие христиане всегда совершали память, молились в церкви о своих близких, о почивших, о родителях, о всех христианах. И мы сегодня просили Господа, чтобы Он помянул всех от века скончавшихся праотцев, отцев, братьев, сестер наших. Мы поминали благочестивых царей и цариц, благоверных князей и княгинь, святейших патриархов православных, преосвященных митрополитов, архиепископов и епископов, всех, кто послужил в священническом сане, пресвитеров и дьяконов, монашеский чин, вождей и воинов на поле брани убиенных, всех за Веру нашу Святую, Церковь Христову, правду Божию пострадавших, всех прежде нас живших и скончавшихся – имена их ведает и знает Господь. Чтобы Господь оставил, ослабил грехи их, сподобил вечной и нескончаемой жизни, даровал радость общения со святыми, упокоил там, где нет печали и воздыхания. Творите эту молитву всегда, - и дома, и в церкви.

 Есть рассказ одного подвижника. Когда человек поминает усопших и сам оставит этот мир, и будет в первые мгновения удивляться неведомому миру, то те, кого он поминал, придут к нему и будут молиться за него, будут просить у Господа милости новопреставленному. Поэтому всегда поминайте родителей, сродников, добрых друзей, с кем общались, с кем встречались, кого знали, и всех христиан, которые переступили таинственный порог, отделяющий земное бытие от духовного и невидимого нам пока мира, - чтобы милость Божия была и с нами. Аминь.     

 Митрополит Астанайский и Казахстанский Александр

 http://mitropolia.kz

 Совесть очищается стыдом

 о том, где найти рецепт покаяния

 продолжение

 Исповедь — это не ущемление человека в его интересах как личности, не унижение его достоинства, а глубокое «переформатирование»! Она не уничтожает человека как личность, не подменяет его жизнь какими-то искусственными, чуждыми ему идеалами.

 Правильная исповедь и сопутствующее духовное руководство просто так перемещают акценты в жизни, что начинается процесс постепенной кристаллизации глубинных смыслов: бесконечное внутреннее брожение приостанавливается, внутри появляется новый центр, к которому всё остальное в жизни начинает постепенно притягиваться и вставать на свои места. А центр этот уже живет самым главным — жаждой Богообщения.

 — Разве самостоятельно человек не способен эти акценты переместить?

 — Конечно же нет! Каждый из нас — это закрытая система, которая сама себя не может адекватно оценить. И в недрах нашей «системы» сидит глубоко спрятавшийся «вирус», который постоянно нас сбивает с толку, а мы этого даже не в состоянии заметить. Я имею в виду первородный грех. Один-единственный выход из этой закрытости — это наша совесть.

 Голос совести для нас является, пожалуй, последней точкой опоры. Как только мы его заглушаем, тут же «захлопываемся», становимся неуправляемыми, внутри нас начинают происходить жуткие процессы: одни страсти борются с другими, побеждают их, за счет этого растут, заполняют всю душу. А нам кажется, что это и есть «бурная жизнь».

 И здесь как раз очень важно наличие священника, который может дать оценку твоего покаяния. Убирая священника, мы превращаем покаяние в «мой личный диалог с Богом», то есть захлопываем нашу внутреннюю систему и в ней неизбежно создаем своего личного, «карманного» божка, с которым всегда можно договориться. А у покаяния цель — вывести человека из этой системы.

 — Если человек еще не научился каяться, не в состоянии сегодня преодолеть свою греховность, а просто готов прийти и констатировать факт: «Я унываю, я тщеславлюсь» — ему рано на исповедь?

 — Все великое начинается с малого — все равно лучше, если он пойдет на исповедь. Тем самым будет брошен некий спасительный якорь на другую территорию. Если якорь хотя бы будет держаться, постепенно кающийся приблизится к тому берегу, на котором он уже станет другим человеком. А без покаяния и исповеди он носится в море сам по себе, со своими проблемами, со своими грехами. Шансов, что в нем вызреет полноценное покаяние и он станет другим человеком в один прекрасный момент, крайне мало. Этого может никогда и не случиться.

 — Многим сложно преодолеть стыд перед священником, принимающим исповедь…

 — Да, но ведь совесть очищается лучше всего как раз стыдом. Кроме того, стыд — лучший механизм сдерживания, предохранения в дальнейшем от совершения греха. Вот ты подходишь к краю пропасти, и перед тобой встает выбор: либо ты совершаешь грех и расстаешься со «всей этой церковностью», со Христом и надеждой на спасение; либо совершаешь этот грех, а потом, краснея и бледнея от стыда, священнику рассказываешь о нем. Часто именно стыд становится более чем достаточной мотивацией, чтобы отшатнуться от этого края пропасти, удержаться. Человеку становится жалко себя: зачем самого себя позорить потом на исповеди?

  Христиане — слабаки или перфекционисты?

 — Нередко можно услышать такое мнение: вы все время каетесь, уничижаете себя, боитесь совершить ошибку; значит, Православие — капитуляция перед жизнью, проявление слабости. Что на это ответить? 

 — На самом деле все наоборот. Покаяние — это стремление становиться все лучше и лучше. Говоря о духовной жизни, апостол Павел сравнивает христианина со спортсменом. Он говорит: все бегут на ристалище, но победа достается тому, кто прибежит первым; вот так и мы должны стремиться достичь большего. Поэтому покаяние является не результатом заниженной самооценки, а неизбежным следствием постоянного стремления к совершенству. Верующий человек понимает, что в данный момент он далеко не тот, кем мог бы и должен быть. Желание становиться все лучше и лучше как раз и рождает в нем потребность в осознании своего греха и победе над ним.

 Здесь есть определенный парадокс: чем ближе человек становится к Богу, тем более непотребным, грешным он себя видит — но в нем это рождает не отчаяние или упадок сил, а, напротив, становится источником стремления ко Христу, постоянного очищения, обновления Божественной благодатью.

 Есть среди аграф (не записанных в канонических Евангелиях изречений Христа) такие слова: «Просите великого, и малое приложится вам; просите небесного, и земное приложится вам». То есть для того чтобы стать хотя бы просто хорошими, порядочными людьми, мы ставим себе очень высокую планку — планку святости. Если опустим планку до обычной человеческой душевности и порядочности, то и этого не достигнем и останемся в своем непотребном состоянии.

 — Поиск своих недостатков никак не связан с заниженной самооценкой?

 — Конечно, человек, который приходит на исповедь, думает о себе гораздо хуже, нежели когда он, например, совершает какое-то доброе дело. Но это для него — следствие своего сравнения с идеалом, со Христом. А вовсе не самоцель.

 Цель покаяния в том, чтобы человек приблизился ко Христу и сделался другим, а не в том, чтобы он опустил голову как можно ниже и стал думать о себе как можно хуже. Можно сказать так: в христианстве покаяние не грехоцентрично, а Христоцентрично.

 То есть наша задача отнюдь не в том, чтобы превратиться в таких «стерильных праведничков», к которым нельзя предъявить никаких претензий. А в том, чтобы стать резонансными Христу, стать подражателями Ему и Его святым. Мы не просто пытаемся воспитывать в себе какие-то собственные добродетели, а стараемся сделать душу предельно прозрачной для того, чтобы в ней преломлялся — но не искажался! — Сам Христос. Чтобы не происходило бесконечного закручивания спиралек страстей вокруг нашего самолюбия, а напротив: те способности души, которые вложены в нас Богом, раскрывались бы во всей своей красоте и полноте!

 Поэтому глубоко неправильно отождествлять покаяние с самоуничижением и саможалением.

 — Можно ли увидеть плод покаяния? Понять: вот, я на верном пути?

 — Да. Например, видение своих грехов напрямую вытекает из покаяния.

 Я помню, один семинарист шутил: «Исповедался, причастился — и так хорошо, что хоть на рельсы ложись!» Это показывает, что зачастую человек и не догадывается, что в его душе еще масса всего, что требует работы, требует существенного перерождения. На самом деле то, что он может в данный момент, и то, чего от него в итоге хочет Бог, — это разные вещи.

 Боюсь, никакая душа не выдержит зрелища своего реального состояния. Поэтому Господь открывает человеку его несоответствие евангельскому идеалу ровно в той мере, в какой он способен понести и не только согласиться, но и сделать определенные выводы.

 Новоначальному незачем видеть какие-то тонкие оттенки, которые он не то что не сможет принять, а которые вызовут откровенный внутренний бунт, если не отчаяние. Он просто еще не готов. А вот когда проходит время, человек кается, принимает прощение, реально видит, как освобождается от определенных страстей, у него увеличивается доверие Богу, и Господь понемногу, потихоньку открывает ему то, над чем надо дальше работать.

 — То есть не надо форсировать процесс?

 — Ни в коем случае.

 — Бывает ли, что человек формально делает все верно, но настоящего покаяния не происходит? И как это распознать?

 — Я студентам часто привожу такой пример. Представьте себе, вы украли у кого-то кошелек. Потратили все эти деньги, кошелек выбросили. Потом пошли на исповедь, рассказали, мол, так и так, согрешил воровством (не особо распространяясь, что, собственно, произошло). «Бог тебя простит и разрешит», — говорит священник. И теперь вы с чистой совестью, потраченными чужими деньгами дальше идете по жизни. Сможете ли вы в следующий раз сделать то же самое? Пятьдесят на пятьдесят! Возможно, будет стыдно, но есть масса ухищрений, чтобы стыд притупить: можно пойти на исповедь к другому батюшке, например, который и не знает, что перед ним — хронический вор и обманщик.

 А теперь представьте себе другую ситуацию. Вы украли кошелек, истратили деньги, потом осознали, что наделали. И идете, возвращаете деньги тому, у кого украли, да еще говорите ему: «Прости меня, я у тебя украл кошелек, вот возьми то, что я у тебя украл. И вот тебе еще денег в качестве моральной компенсации за то, что я тебя обворовал». Так вот, я очень сомневаюсь, что после такого поступка у человека снова появится желание своровать.

 Поэтому когда мы внутри себя, в душе сокрушаемся — это хорошо. Но чтобы покаяние было полноценным, необходимо какое-то деятельное участие, какая-то внешняя перемена.

 — Не многие могут похвастаться тем, что никогда не возвращались к тем грехам, в которых каялись. Это значит, что-то делается неверно?

 — Тут надо понимать, что одно дело — грех, который человек совершает по причине своего несовершенства: мы все далеко не такие, какими должны быть, и всю жизнь это преодолеваем. И совсем другое дело — грех, который человек совершает потому, что хочет его совершать. Он живет этим, и вполне определенная страсть становится важным, если не центральным, содержанием его жизни.

 В первом случае, я думаю, действительно не так легко сказать: «Все, больше я этого не совершаю!» А во втором случае — если уж человек действительно кается в совершённом грехе, то к нему уже не возвращается: это слишком больно, позорно, стыдно…

 Об унынии и полезной праздности

 — Пример с воровством предельно ясен. Но, допустим, речь о том, что не так легко исправить и искоренить: о гордости, об унынии…

 — Вы знаете, мы действительно недооцениваем такие страсти. Вот уныние, например, — это очень жестокая страсть. Преподобный Иоанн Лествичник по силе воздействия на душу ставил ее в один ряд с блудной страстью, потому что она бьет именно в сердце как средоточие всей человеческой жизни. А почему человек унывает? Потому что слишком себя самого любит, потому что все зациклено на нем самом, и любое принуждение к чему-либо, любое неудовольствие приводит к резкому, даже катастрофическому падению его жизненного тонуса. Так что по-настоящему каяться в унынии — значит переустановить всю жизнь так, чтобы то, от чего ты унываешь, становилось для тебя источником радости. По сути, это значит — стать другим человеком.

 — Но ведь о том и речь: можно заставить себя не воровать, но как заставить себя радоваться? 

 — Невозможно искусственным образом создать в своей душе радость, она относится именно к тем понятиям, о которых хорошо сказано: если Бог не даст, сам не возьмешь. А Бог дает радость только в том случае, когда человек себя отдает…

 Да, если сто раз прийти на исповедь и сказать: «Грешен унынием» — от этого ничего не изменится. Уныние — верхушка огромного айсберга, с которым надо разбираться, здесь требуется глубинная переориентация ценностей человека. Хорошо бы найти такого духовника, который помог бы в этом разобраться. И покаяние будет скорее не в самом унынии, а в тех страстях, в тех неправильных поступках, результатом которых оно и стало.

 У меня перед глазами стоит пример. Женщина сидит в неубранной квартире, плачет, себя жалеет: ее жилище — настоящий хлев, туда зайти невозможно. Но при этом она ничего не делает, нигде не работает. Ей плохо, жалко себя, ее все бросили, никто не хочет помогать. Но она не ударила палец о палец, чтобы изменить что-то. Да хотя бы просто пойти и полы помыть, окна протереть — свет Божий в них заглянет, и тебе уже будет легче!..

 Тут нужна уже реабилитация. И такая же, по сути, реабилитация нужна, чтобы избавиться от замкнувшегося на самом себе эгоцентризма. Церковь этим и занимается, это «ее профиль» — помогать людям победить самих себя, преодолеть состояние изолированности от полноты жизни в Боге.

 — Здесь действует принцип замещения: то есть не просто осудить что-то дурное в себе, а преобразовать его в нечто положительное?

 — Любая страсть является «сбесившейся» добродетелью — той самой силой, вложенной самим Богом, но извращенной, поменявшей свое направление под воздействием сильнейшего притяжения магнитом эгоцентризма и самолюбия.

 Например, вместо того, чтобы, принимая пищу, благодарить Бога за то, что Он нам дал ее, и за то удовольствие, которое мы получаем от еды, человек сконцентрирован на том, чтобы получить еще какое-то дополнительное, особое наслаждение от приема пищи. Ничего особо не меняется — сдвигаются акценты.

 Уныние — наверное, та же извращенная способность человека получать удовольствие и радоваться, но которая замкнулась сама на себе. И поскольку она сама для себя не может быть источником радости, она становится для себя источником боли, и в то же самое время — какого-то ущербного, извращенного удовольствия («это сладкое слово «обида»)…

 Святые отцы говорили, что в основе всех страстей лежит себялюбие. Это тот самый магнит, который все на себя замыкает, к себе поворачивает. И поэтому задача покаяния не просто в том, чтобы от этих формальных грехов очистить человека, а в том, чтобы силы своей души развернуть в правильном направлении.

 — Напоследок, какой совет Вы бы дали человеку, который решится встать на путь покаяния?

 — Я бы посоветовал несколько вещей.

 Во-первых, как ни парадоксально и просто звучит, стараться чаще бывать в храме. Потому что, приходя в храм, человек оказывается на территории, которая очень резко контрастирует с его жизнью. Храмовое богослужение, соборная молитва даже без полноценного участия ума переустанавливает наше сердце — тогда и акценты в душе расставляются по-другому.

 Опыт показывает, что, когда люди даже искренне каются в чем-то, но потом пренебрегают богослужебной жизнью, они зачастую оказываются не в состоянии удержаться от того соблазна, которым пропитан мир. И с другой стороны, богослужебная жизнь, регулярное пребывание в храме оказывается мощнейшим фундаментом, на котором можно строить свое спасение. Храм — это спасительный остров в житейской трясине, в котором только и можно запастись «кислородом вечности».

 Во-вторых, я бы посоветовал изменить внешний уклад своей жизни, чтобы настроить себя на покаянный лад — изменить, насколько это возможно. Например, уехать куда-нибудь на несколько дней, уединиться, чтобы сосредоточиться, поразмыслить о своей жизни. Хорошо поехать в какой-нибудь уединенный монастырь, чтобы погрузиться в атмосферу молитвы и внутренней тишины. Очень хорошо, когда у человека есть возможность выделять какое-то время для молчания — и внутреннего, и внешнего.

 Сёрен Кьеркегор писал: «Весь мир сегодня болен, вся жизнь больна… Если бы я был врачом и меня спросили: что ты посоветуешь? — я бы ответил: сотвори молчание! Заставь людей помолчать. Иначе не может быть услышано слово Божие».

 Сегодня вокруг нас так много информации, много слов, много всего входящего, что никто уже не верит в саму возможность слова иметь непреходящую ценность. Поэтому каждому из нас иногда надо просто побыть одному. Даже не молиться, не размышлять о чем-то специально, а просто помолчать и послушать. Послушать, что тебе Бог скажет.

 Потому что, когда мы постоянно находимся в состоянии информационного возбуждения, наш слух атрофируется. А надо суметь услышать: ведь Бог говорит с человеком прежде всего через сердце. Опыт общения с настоящими молитвенниками свидетельствует: человек получает ответы на свои вопросы, как правило, даже не успев их задать. Потому что рядом со святым человеком не может не ощущаться его внутренняя тишина и предстояние перед Богом. Очень хорошо, когда человек сам помещает себя в условия, когда он физически недоступен для привычного бешеного ритма жизни, когда у него есть достаточно праздности, чтобы уделить время самому главному…

 Протоиерей Павел Великанов, беседовала Валерия Посашко. 

  https://foma.ru/stati

 Как там наши умершие? Мысли священника после катастрофы Ан-148

 Смерть – реальность, находящаяся рядом с нами каждую секунду. Вот счастливый семьянин, ответственный работник и законопослушный гражданин садится за руль автомобиля, а через некоторое время его тело обнаруживают среди обломков комфортабельного средства передвижения. Любовь, радость, надежды, мечты, планы уходят в мгновение туда, куда нельзя заглянуть, уходят за горизонт событий.

 Смерть пришла в Орск 11 февраля 2018 года. Столкнула со значениями переменных – вечного и земного. Обнажила чувства и заставила щемить сердце от печали, тоски, неизбывной жалости и огромной любви к оставшимся на борту Ан-148 друзьям, родным, коллегам… В наших храмах не смолкают молитвы. Люди продолжают нести цветы к мемориалам памяти. «Царство Небесное!», «Светлая память», «Упокой, Господи» – не покидают уст и сердец. Горе. Оно не нуждается в пояснении.

 Позади девятый день со дня гибели, время Великого поста, и сердце, выходящее из оцепенения судорожно, начинает искать путь: что же теперь? Сердце не может иначе. Человек не может. Не может поверить в утрату до конца, не может просто смириться и жить как прежде. А еще это страшное чувство вины. Вспоминаются ошибки, боль, которую мы причиняли близким своей бестактностью, нелюбовь. И жгучий стыд захлестывает волнами. Желание что-то делать – естественное движение сердца в горе. Люди приходят ко мне как к священнику и повторяют: «Что можно сделать прямо сейчас… для наших усопших? Хоть какая-то помощь их душам возможна?!»

 Несмотря на множество благочестивых преданий, повествующих о посмертной участи души, богословие в многообразии мнений сходится в одной точке. Мы действительно не знаем, что происходит с умершим. Мы не знаем, но верим, что Господь каждому человеку определяет место. Апостол Павел говорит, что все христиане умирают во Христе. И Господь приводит человека не на суд, а все-таки к Себе. А еще, исповедуя Воскресение Христово, чая воскресение мертвых, мы знаем, что смерть отныне уже не та, что была до пришествия Спасителя…

 Но одно дело знание, другое – понимание. Тут и возникает пресловутый горизонт событий, за который невозможно заглянуть. Что за этой чертой? Как там наши родные умершие? Как там перед Богом? Во свете ходят или пребывают в «сени смертней»? Невозможно здесь не вспомнить Иакова, оплакивающего Иосифа и желающего в печали сойти к сыну в преисподнюю. Или Иова, потерявшего всех детей. Горизонт событий – непостижимая умом тайна, перед которой умолкает даже любящее сердце. Нет у нас ответа на все эти «почему?». Пока.

 Так что же делать? Христос обещал нам привести умерших в Нем к Себе. Он Сам прошел через смерть и воскресение. И мы верим, что Он Сам 11 февраля в аэропорту плакал с нами и сострадал. Верим, что наши усопшие сейчас с Ним – источником жизни. Ведь «как во Адаме все умирают, так во Христе все оживут». «Оживут мертвецы Твои, восстанут мертвые тела! Воспрянете и торжествуйте, поверженные в прахе: ибо роса Твоя – роса растений, и земля извергнет мертвецов» (Ис. 26:19). Это обещание вечной жизни дает нам веру.Благодаря нашей вере мы как раз и понимаем всю ложность слов и выражений: «погибший», «трагически погибший», «умерший», «его не стало».

 Не может «не стать» человека навсегда. Он может уйти, может быть далеко, но не исчезнуть. А раз не исчез, значит, ему может быть нужна наша помощь.

 Когда близкий попадает в беду, мы стремимся оказать посильную помощь. Когда нет возможности ее оказать, мы просто падаем перед Богом на колени и молим Его помочь. Нужно отбросить чувство вины, потому что ушедшие точно не держат на нас обиды – они заняты другим. Но, силясь вглядеться в горизонт событий, пытаясь понять, «как они там», мы все-таки способны сделать для них очень многое нашей молитвой, милостыней и трудом. «Упокой, Господи!» – взывают сердца. Надежда приходит к нам словами Господа: «Упокою!»

 У Бога нет мертвых, у него все живы. Наши близкие ушли от нас, но мы никуда не ушли от них. Любовь, которая сейчас переполняет нас, способна пересечь этот горизонт событий. Только она соединяет нас с Богом и с ними. Так пусть наши слезы станут не только слезами горя, но и слезами надежды на будущую встречу.

 Приложим же к этому силы, которые у нас еще есть! Пусть каждый, кто сострадает нам в этом горе, станет нам братом и сестрой, который может нас обнять и утереть наши слезы. А что не будет у нас по немощи получаться – то довершит Сам Бог.

 Девять дней пришлись на вторник первой недели Великого поста. По уставу в это время не положено служить полную литургию. Устав оставляет нам лишь краткую литию после уставного богослужения утром. Как об этом писал свт. Афанасий Ковровский: «И наши усопшие тоже постятся с нами – ждут, когда же мы совершим по ним Евхаристию». Но сегодня суббота. Во всех храмах Орска вновь поминают погибших. Помяните и вы в своих молитвах наших родных. «И тако всегда с Господем будем»…

 Священник Максим Бражников | 24 февраля 2018 г.

 http://www.pravmir.ru

 Православный Календарь с 4 по 10 Марта 2018 г.

 Воскресенье, 4 Марта 2018 года. Неделя 2-я Великого поста. Литургия Василия Великого

 Великий пост. Свт. Григория Паламы, архиеп. Фессалонитского (переходящее празднование во 2-ю Неделю Великого поста). Собор всех преподобных отцев Киево-Печерских (переходящее празднование во 2-ю Неделю Великого поста).Апп. от 70-ти Архиппа и Филимона и мц. равноап. Апфии (I). Мчч. Максима, Феодота, Исихия, мц. Асклипиодоты (305-311). Прпп. Евгения и Макария исповедников, пресвитеров Антиохийских (363). Прп. Досифея (VII), ученика прп. аввы Дорофея. Прп. Равулы (ок. 530). 

 Понедельник, 5 Марта 2018 года. 3-я седмица Великого поста.

 Великий пост. Прп. Льва, еп. Катанского (ок. 780). Прп. Агафона Печерского, в Дальних пещерах (XIII-XIV). Прмч. Корнилия Псково-Печерского (1570) и ученика его прп. Вассиана Муромского. Сщмч. Садока, еп. Персидского, и с ним 128-ми мчч. (342-344). Прп. Агафона, папы Римского (682). 

 Вторник, 6 Марта 2018 года.

 Великий пост. Прп. Тимофея в Символех (795). Свт. Евстафия, архиеп. Антиохийского (337). Свт. Георгия, еп. Амастридского (802-811). Свт. Иоанна Схоластика, патр. Константинопольского. Козельщанской иконы Божией Матери (1881)

 Среда, 7 Марта 2018 года. Литургия Преждеосвященных Даров

 6326 rukopisnaya-ikona-pervoe-i-vВеликий пост. Обретение мощей мучеников, иже во Евгении (395-423). Мчч. Маврикия и 70-ти воинов: Фотина, Феодора, Филиппа и иных (ок. 305). Прпп. Фалассия, Лимния и Варадата, пустынников Сирийских (V). Свт. Телесфора, папы Римского. Прп. Афанасия исп. (821). Новомч., пресв. Михаила Лисицына (1918). 

Четверг, 8 Марта 2018 года.

Великий пост. Сщмч. Поликарпа, еп. Смирнского (167). Обретение мощей блж. Матроны Московской (1998).  Прп. Поликарпа Брянского (1620-1621). Прпп. Иоанна, Антиоха, Антонина, Моисея, Зевина, Полихрония, Моисея другого и Дамиана, пустынников Сирийских (V). Прп. Александра монаха, первоначальника обители "Неусыпающих" (ок. 430). 

Пятница, 9 Марта 2018 года. Литургия Преждеосвященных Даров

Великий пост. Первое (IV) и второе (452) обретение главы Иоанна Предтечи. Прп. Еразма Печерского, в Ближних пещерах (ок. 1160). Обрет. мощей блгв. кн. Романа Угличского. 

Суббота, 10 Марта 2018 года. Литургия св. Иоанна Златоуста

Великий пост.  Суббота Родительская.  Поминовение усопших.  Свт. Тарасия, архиеп. Константинопольского (806).

Икона дня

Православный календарь

Расписание богослужений

Богослужения в нашем храме совершаются ежедневно

Начало богослужений:

В будни утром в 8 ч.; вечером в 16 ч.

В воскресные дни утром в 7 и 9 ч.; вечером в 16 ч.